Наш выбор — наша ответственность

Канун Шабос главы «Дворим»
5 ова 5774 года / 1 августа 2014 г.

Хорошо известно, что главным делом в жизни Любавичского Ребе была забота о материальном и духовном благополучии каждого еврея. В книге «Ѓайом-йом» Ребе приводит изречение Баал-Шем-Това: «Душа нисходит в этот мир и живет в нем семьдесят-восемьдесят лет для того, чтобы делать добро для евреев и в материальной, и особенно в духовной области». Помимо известных фактов общей масштабной деятельности Ребе в этом направлении, есть многочисленные свидетельства его личного участия в улучшении положения отдельных людей в разных уголках мира. Хочу поведать вам замечательную историю, произошедшую в 5718 (1958) году и рассказанную одним из ее непосредственных участников — хасидом равом Давидом-Авраѓамом Лесельбоймом из Кфар-Хабада. Она отражает необычный аспект заботы Ребе о каждом еврее:

«Жил на Святой земле один еврей — Яаков Зрубавель, приходящийся мне родственником (девичья фамилия его жены была Лесельбойм). Г‑н Зрубавель, еще живя в Польше, стал одним из лидеров левого крыла партии «Поалей Цион» вместе с Давидом Бен-Гурионом, Ицхаком Бен-Цви и другими. Поднявшись в Израиль, он продолжал активно участвовать в левом движении, способствовал объединению различных его направлений и созданию партии МАПАМ, исповедующей крайне левые взгляды.

Г‑н Зрубавель был ученым, писателем, мыслителем и идеологом левого движения, секретарем архива издательства «Сифрият ѓапоалим» («Библиотека рабочих»). Он был известен как суровый, бескомпромиссный борец за правоту коммунистической идеологии и отличался крайне отрицательным отношением к вере народа Израиля в Творца, не дай Б‑г.

Сказанное выше дает некоторое понимание сущности человека, к которому я был послан Ребе с особой миссией, как будет рассказано ниже. Тем не менее, чтобы расширить немного представление об отношении Я. Зрубавеля к еврейской традиции, я должен привести два коротких эпизода из его жизни.

История первая. Однажды рав Йона Эйделкопф (один из хасидских старейшин, известный своей особой деятельностью по привлечению евреев к исполнению заповеди тфилин) заметил в автобусе еврея с большой седой бородой, но… без кипы на голове! Рабби Йона обратился к нему на идиш: «Уважаемый! Разве приличествует еврею в вашем возрасте ходить с непокрытой головой?» Г‑н Зрубавель — а это, как вы догадались, был именно он — рассвирепел от этого замечания и «обрушил огонь и серу» на рабби Йону…

Вторая история повествует о том, что у одного из родственников Яакова Зрубавеля после 17 лет брака, наконец, родился долгожданный ребенок — сын. Легко представить себе, как велика была радость родных и близких. На церемонию брис-мило прибыли все члены семьи, друзья и знакомые. Среди них был также дядя, г‑н Зрубавель. В то время как все участники торжества, даже светские, уважая традиции и религиозные чувства родителей младенца, надели головные уборы, он был единственным, кто демонстративно отказался покрывать голову.

Как уже упоминалось, Б‑жественное провидение распорядилось так, что меня с г‑ном Зрубавелем связывали родственные узы. Он относился ко мне с уважением и особенно оценил тот факт, что я вместе со своей семьей (по просьбе Ребе) поселился в селении Брош на юге страны, чтобы преподавать в недавно открывшейся там школе Хабада.

Несмотря на наши семейные связи, в разговорах с ним я старался не касаться религиозных вопросов. Я был тогда застенчивым молодым человеком, совсем не ровня этому известному, образованному и уважаемому, в определенных кругах, человеку. Единственной связью между ним, мной и иудаизмом, было то, что я обычно привозил ему особую мацу (ручной работы) на Песах.

И вот, в один прекрасный день я получаю письмо от Ребе с особым поручением: я должен встретиться с Яаковом Зрубавелем и сказать ему, что пришло его время подвести итоги своим деяниям, проанализировать свое поведение и определить размер и степень духовного ущерба, нанесенного его разрушительными действиями. Я должен достучаться до его сердца, чтобы он встал на путь исправления и раскаяния, и не только он, но также и все, кто подвержен его влиянию. В конце письма Ребе добавил удивительное заявление, явное пророчество: «И чудесным знаком для того, чтобы приблизить его к тому, что настало время для обдумывания своего прошлого поведения, будет ему вещий сон перед тем, как вы будете говорить с ним».

Я прочитал письмо Ребе с изумлением, не зная, как приступить к исполнению данного поручения. Шли дни за днями, а я не сделал ничего по этому вопросу. Но через некоторое время кое-что негативное случилось в моей семье, и я связал это с невыполнением данного мне поручения. И тогда я рискнул и позвонил г‑ну Зрубавелю. Я сказал ему, что у меня есть особое сообщение для него от Любавичского Ребе, и мы договорились о встрече в его офисе, в Доме профсоюзов.

Когда я пришел, Яаков попросил меня рассказать ему суть дела. Я предпочел передать сообщение словами самого Ребе: прочитать письмо слово в слово. Он слушал слова Ребе стоя, молчал и никак не реагировал на услышанное, даже на слова о пророческом сне. Это было определенно своего рода «молчание — знак согласия». Если учесть его обычное отношение к иудаизму в целом и особенное пренебрежение к раввинам, то было странным, что в этом случае он вел себя очень спокойно и ничего не сказал. В конце нашей встречи он спросил меня, как бы между прочим, есть ли возможность послать ему копию письма Ребе. Я ответил положительно.

Вернувшись домой, я написал Ребе отчет о нашей встрече, где говорилось, в частности, о просьбе г‑на Зрубавеля послать ему копию письма, и через короткое время получил ответ: «Я доволен тем, что вы, наконец, смогли выполнить поручение и передали З. мои слова. Очень хорошо было то, что вы не вовлекались в спор, так как я не хотел этого. И в будущем также уклоняйтесь от споров. Вы выполнили мое поручение, и я также выполнил свое». Ребе добавил, чтобы я не отдавал копию письма Зрубавелю, пока тот сам не попросит.

Когда я перед праздником Песах пошел к нему домой передать мацу, Зрубавель пристыдил меня: «Как же так, что до сих пор ты не принес мне письмо Ребе?» В этот момент я понял, что время пришло, и при первой же возможности передал ему копию письма. А вскоре после этого я принимал у себя в доме в Кфар-Хабаде Яакова Зрубавеля вместе с его женой, дочерью и зятем — Шимоном Арамом (сыном Моше Арама, депутата Кнессета от партии МАПАМ). Во время этого посещения Яаков был с кипой на голове, чего он не делал в других случаях!

После этого мне уже не довелось больше встретиться с ним. Он умер за несколько дней до Шестидневной войны. Потомство его приблизилось к Торе, а некоторые из его внуков стали действительно баалей-тшува…»

На этой неделе мы начинаем чтение последней книги Пятикнижия — Дворим. Ее второе название, «Мишне-Тора» («Повторение Торы»), связано с тем, что в ней Моше-рабейну пересказывает заново все, что случилось с народом Израиля на протяжении сорока лет блуждания в пустыне.

Первая история, о которой упоминает Моше, — грех разведчиков. Многие комментаторы спрашивают, почему Моше начинает именно с разведчиков, а о грехе золотого тельца говорит только в главе «Эйкев», нарушая очевидный порядка вещей. Ведь сначала (через 40 дней после дарования Торы) народ Израиля совершил грех золотого тельца, после этого был Йом-Кипур, а в рош-хойдеш нисон построили Мишкан во искупление этого греха. И только 9 ова, более чем через год после золотого тельца, случился грех разведчиков. Почему же Моше упоминает о нем в начале Книги Дворим, как если бы это был первый грех?

Заметим, что в нашей недельной главе Моше рассказывает об этом по-другому: «И подошли ко мне все вы и сказали: «Пошлем мужей, пред собою, и они разведают нам землю…» (Дворим, 1: 22). То есть, евреи сами предложили направить разведчиков. Однако ранее, в главе «Шлах», мы читали: «И говорил Г‑сподь Моше так: «Пошли от себя мужей, чтобы высмотрели землю Ханаана» (Бамидбор, 13: 1). Из этих слов следует, что указание исходило от Всевышнего!

Вчитываясь в текст нашей недельной главы, мы заметим еще несколько изменений в трактовке тех или иных событий, по сравнению с тем, как они изложены в Книге Бамидбор. Но особенно это заметно в рассказе Моше о возвращении разведчиков: «И доставили нам ответ, и сказали: «Хороша земля…» (Дворим, 1: 25). А в главе «Шлах» написано, что они сказали намного больше хорошего о том месте, куда ходили в разведку, что земля эта «течет молоком и медом». А затем разведчики продолжали, утверждая, что «могуч народ, обитающий на земле» (Бамидбор, 13: 28) и «не можем мы выступить против того народа, ибо сильнее он нас» (там же, стих 31). Но обо всем этом нет никакого упоминания в Книге Дворим. Моше просто говорит: разведчики сказали, что «хороша земля». Возможно ли это?

Комментарий Раши на этот стих несколько проясняет ситуацию: «Кто говорил о ее достоинствах? Йеѓошуа и Калев». И все же не вполне понятно, почему Моше не упомянул вообще, что говорили соглядатаи, а продолжил говорить совсем о другом: «Но вы не пожелали взойти и прекословили велению Г‑спода, Б‑га вашего». Моше обвиняет сынов Израиля в том, что они не хотели взойти в Землю обетованную, однако не произносит

ни одного плохого слова о самих разведчиках и их наказании. Почему? Некоторые комментаторы считают, что в Книге Дворим Моше-рабейну не ставит перед собой задачу рассказать историю поколения пустыни. За пять недель до своего ухода из этого мира, он с укоризной разговаривает с сынами Израиля, пытается побудить их к раскаянию, подчеркивая те случаи, когда они были неправы. Он указывает евреям, что они могут сделать по-другому, чтобы вновь не повторять подобных ошибок. Именно поэтому он не придерживается хронологического порядка событий, а говорит лишь о том, что считает нужным выделить. Поэтому Моше начинает с рассказа о разведчиках. Он говорит народу Израиля, что помнит о повелении Б‑га отправить разведчиков, но подчеркивает, что инициатива все же исходила от сынов Израиля, а не от Творца. А коль так, то евреи не должны перекладывать ответственность за произошедшее на Б‑га. Когда Всевышний увидел, что евреи настаивают на своем, Он позволил им поступать по их выбору. Б‑г ожидал, что после всех чудес, которые Он явил в Египте сынам Израиля, они будут верить Ему беззаветно. Но невозможно силой заставить людей верить! Моше говорит: «Вы хотели послать разведчиков и послали, но не стоит утверждать, что Г‑сподь заповедал это вам!»

И хотя именно разведчики представили весьма пессимистический доклад о стране, а десять из них заявили, что невозможно завоевать эту землю, Моше не обвиняет их и даже не упоминает о них! Он утверждает, что евреи сами не хотели идти в Землю Израиля. Почему? Потому что пошли на поводу у разведчиков, поверили им. А ведь каждый человек имеет свободную волю, и никто не может заставить его сделать то, чего он не хочет. В конце концов, любой поступок, любое действие — это личное решение каждого, за которое он должен нести ответственность. Моше говорит народу Израиля: «Не вините Б‑га, не обвиняйте разведчиков, которые были величайшими людьми своего поколения, возьмите на себя ответственность за это решение, потому что, в конечном счете, вы выбрали этот путь, и винить в этом вы можете только себя!»

Военные преступники разных времен и мастей, оправдывая свои неблаговидные деяния, частенько говорят: «Я просто выполнял приказы, это не моя вина!» Моше учит нас, что каждый человек должен нести ответственность за свои действия, а не прятаться за спины тех, кто эти приказы отдает (те за свои поступки ответят сами). Потому что окончательное решение всегда остается на совести человека, и, когда придет день Суда, отвечать за все придется ему самому.

Сыны Израиля поколения пустыни были не первыми, кто обвинил другого в своих грехах. Еще на заре сотворения мира первые люди, Адам и Хава, пытались использовать это оправдание. Когда Б‑г обратился к человеку и спросил его: «Не от дерева ли, от которого Я велел тебе не есть, ты, ел?» И сказал человек: «Жена, которую Ты дал, чтобы ей быть со мною, она дала мне от дерева, и я ел». То есть он перекладывает свой грех на жену. Хава же возлагает вину на змея. «И сказал Г‑сподь Б‑г жене: «Что ты сделала?!» И сказала жена: «Змей соблазнил меня, и я ела» (Брейшис, 3: 11–13). Однако Б‑г не поддался на их уловки и не принял их оправдания, поскольку, в конечном счете, это был их выбор. Есть плоды Древа познания было их собственным решением, и они должны были испить эту горькую чашу ответственности до дна.

Что мы можем выучить из всего вышесказанного? Часто люди обращаются ко мне с благодарностью, утверждая, что только моя заслуга в том, что они начали делать Кидуш в пятницу вечером, накладывать тфилин, молиться и исполнять другие заповеди. Но правда заключается в том, что все мои усилия были бы напрасны, если бы не их собственное решение! Я мог бы бесконечно убеждать и вдохновлять людей на исполнение заповедей, но ни я и никто другой не сможет заставить их идти, не сворачивая, всю жизнь путем Торы и мицвойс, если они сами не захотят этого. В конце концов, только сам человек может решить, что хочет исполнять заповеди, и поэтому заслуга соблюдения полагается именно ему, а не кому-либо еще. Б‑г предоставляет ему, так сказать, полный кредит доверия и награждает, потому что этот человек сам решил, что будет исполнять заповеди и на деле исполняет их.

Загрузить газету в формате PDF вы можете здесь (1,01 МБ).

Вечерняя Иерусалимская мозаика 31 июля с Мишей Эзером (http://mangupli.livejournal.com/87102.html)

Желающие немного проветрить голову от дневных забот нашего сумасшедшего времени могут получить такую возможность, прогулявшись со мной по улицам, улочкам, переулочкам, закоулочкам, тупичкам и крышам вечернего Иерусалима — Города, уходящего в сон, как послушный ребенок, уже ранним вечером…города, закутывающегося в покрывало сумрака и теней…города, где ночниками — блеклые желтые фонари и блестящие глаза уличных котов. Вы увидите, как засыпает Город, как он становится чем-то ДЛЯ СЕБЯ, а потом и В СЕБЕ… как исчезают туристы, а вскоре — и вообще люди с Его улиц, как приходят темнота и огни уличных фонарей, как начинают разговаривать с вами его камни, бездомные коты и муэдзины с минаретов, звезды над ним, огоньки Оливковой горы и лабиринты внутренних дворов. Вы прочувствуете Город как мозаику общин, религий, эпох, как что-то очень личное… Это, поверьте, прекрасный способ увидеть Его в новом свете…хотя ночь и представляется временем тьмы. В эти часы выходит на улицы, не боясь дневных толп, его прошлое… облекаются плотью моих рассказов тени его обитателей…шуршат и топают реликтовые домовые и прочая мелкая городская нечисть…Осторожнее, не наступите! :) Мы пройдем по кусочкам большинства этно-религиозных кварталов Старого города (Католическому, Греческому, Коптскому, Армянскому, Еврейскому), по пустому рынку…немного побродим по крышам. Может быть, заглянем во дворики Сионской горы…Это не будет рассказом об истории города. Просто перед вами рассыплется разноцветный бисер, в каждой бусинке которого будет один из отблесков Его самого, подобного кристаллу с бесконечным количеством граней.
Для справки, сообщения о беспорядках в Иерусалиме касаются главным образом районов Иссавии, Оливковой горы, Шуафата и не включают в себя собственно Старый город внутри стен, за исключением обычных пятничных беспорядков во время дневной молитвы на Храмовой горе. Тем не менее я не планирую заходить в глубину собственно мусульманских кварталов. В остальных же местах ситуация достаточно спокойная. Уж во всяком случае по сравнению с тем, что происходит в большей части Юга и Центра Страны. Ночные экскурсии подобного типа мне доводилось проводить с разнообразными типами туристов со всего мира и никаких проблем не возникало.
Если соберется группа, я буду ждать вас 31 июля в 19.30 у Яффских ворот. Самые удобные стоянки — Карта и Мамилла, рядом с Яффскими воротами на улице Ицхак Карив. Стоимость — 60 шекелей с человека.
Заявки желательно оставлять в моем ЖЖ http://mangupli.livejournal.com/87102.html и дублировать на мой адрес ezer-m@inter.net.il. Оставляйте свои телефоны для связи. Мой телефон: 0523 911 832

Дайте ЦАХАЛу победить!

Дайте ЦАХАЛу победить!

Дайте ЦАХАЛу победить!

Дайте ЦАХАЛу победить!

http://www.addthis.com/bookmark.php?v=250

http://www.addthis.com/bookmark.php?v=250

Как раввины цензуровали рабби Йеѓуду ѓеХасида

По лекции Мирьям Вайтман
В 1975 г. р.Ланге в Швейцарии выпустил комментарий р.Йеѓуды Хасида к Торе — впеврые, по Кембриджской и Московской рукописям. Интересный комментарий, но особенно интересны в нём три места.
1. Комментируя Дварим, 2:8, он объясняет трудность: каким образом евреи после Исхода оказались в Эцион-Гевере, если он судя по Диврей ѓа-ямим принадлежит Эдому, а в Эдом соваться было запрещено. И говорит, что это объясняет стих Берешит, 36:39 про מהטבאל בת מטרד בת מי זהב: царь Эдома женился на этой Меѓетавэль, а она принесла ему в приданое Эцион-Гевер. И стих этот, по рабби Йеѓуде, вписан в Тору мужами великого собрания (!!!), чтобы объяснить это противоречие.
2. Берешит, 48:20 — «и поставил Эфраима впереди Менаше». Эти, казалось бы, лишние слова — уже сказано, что Эфраим назван первым — относятся не к Яакову, а к Моше. Это Моше поставил Эфраима первым в расположении колен и станов. И слова эти вписал Йеѓошуа, только он может говорить о Моше в третьем лице.
3. Бемидбар, 21:17-20. По мнению р.Йеѓуды, эти тёмные стихи изначально содержали… 136 псалом, «большой ѓалель», который составил Моше в честь явленных народу чудес. А потом Давид их из Торы изъял и включил в сборник под названием Теѓилим, и остались лишь намёки.
Как мы понимаем, это скандал. И р.Даниэль Леви, ознакомившись с этими местами в процессе подготовки книги к печати, решил этот скандал остановить и написал четырём раввинам — р.Файнштейну, р.Ойербаху, р.Эльяшиву и р.Менаше Кляйну — с просьбой остановить печатание книги. Аргументировал он это так: эти места наверняка вписали в комментарий великого р.Йеѓуды ѓеХасида подлые злодеи и еретики с целью опорочить его светлое имя, а значит, такую книгу нельзя выпускать. Остановить печатание ему не удалось, и тогда он написал вторично с призывом прекратить второй выпуск.
Ответили ему так. Р.Файнштейн сказал, что раз злодеи притронулись к этой книге, нет гарантии, что они не испортили и другие места, которые мы не выявили, значит, всю книгу нужно уничтожить. Р.Ойербах и р.Эльяшив ограничились призывом к издателю выпустить второе издание, из которого убрать скандальные места и сообщить об этом в предисловии. (Так и было сделано). А р.Кляйн напомнил всем о р.Хананьи бен Хизкии, который спас книгу Йехезкеля от уничтожения, истолковав трудные места, и сам истолковал третью трудность. Истолкование таково: Моше написал две книги. Одна — Тора. А другая — его личный дневник, в котором было много всякого, в том числе 136 псалом, и оттуда его скопировал царь Давид.
Ну, идею о злодеях можно отвергнуть, потому что все три эти комментария откликнулись в трудах учеников и отдалённых учеников р.Йеѓуды — в Рокеах, у р.Авигдора Каца и у р.Менахема Циони.
В итоге вышли два издания комментария, с цензурой и без цензуры, и в библиотеке нашей ешивы они оба есть.
Можно задать вопрос: как же р.Йеѓуда ѓеХасид мог писать такие вещи, если он знал, что всякий, кто говорит, что даже одна буква Торы не с Небес — лишается удела в Грядущем мире? Возможны три ответа: р.Йеѓуда не принял эту барайту как ѓалаху, а Рамбама он не знал, так как был его современником и жил в совсем другом регионе; он относил эти слова только к ѓалахе, а не к тексту; он понимал «Тору с небес» как продолжающийся процесс и включал в него даже мужей великого собрания.

Сообщество людей, практикующих ортодоксальный Иудаизм 2014-07-25 11:46:43

Недельная глава(МАСЪЕЙ) сообщает нам, кроме прочего, где проходят границы нашей страны и передает требование Всевышнего изгнать из страны все чужие народы. Тора предупреждает, что, если мы этого не сделаем, то они будут постоянно устраивать нам пакости.

Удобно учиться, и лучше доходит, когда прямо за окном имеется наглядное пособие.

Синагога и ракетные обстрелы Израиля

Город в радиусе до 40 км от сектора. До синагоги идти минут 12-15. Дорога идет частью мимо подъездов (не 100% что всегда открытых),частью по открытой местности.
Дома очень волнуются во время отсутствия во время ракетных обстрелов, в будние дни помогает мобильный телефон.
Вопрос такой. Что делать в шабат?
Идти и пусть волнуются? Брать с собой мобильный? Не идти в синагогу и молиться и принимать шабат в одиночестве?
В первом случае это часа полтора-два волнений дорогих людей. Во втором- нарушение шабата. В третьем-непонятно.
Есть уже алаха на эту тему или нет? Что делать?

Ангелы, сопровождающие нас

Канун Шабос главы «Масъэй»
27 тамуза 5774 года / 25 июля 2014 г.

Давным-давно в одном украинском местечке жил еврей-торговец по имени Акива, известный своими щедрыми пожертвованиями на благо общины. На старости лет он решил подняться в Землю Израиля, чтобы провести там последние годы своей жизни. Ему устроили пышные проводы, друзья по-доброму завидовали тому, что у него есть возможность побывать на Святой земле. И даже по прошествии нескольких месяцев после отъезда Акивы жители местечка вспоминали о нем, много говорили о его добрых дела и благородстве и надеялись, что он благополучно прибыл в Эрец-Исроэль. Каково же было их удивление, когда через год после того, как Акива покинул родные места, он… вернулся! Евреи встретили его с радостью и засыпали многочисленными вопросами о святых местах, которые он посетил. Каждый хотел с ним поговорить и посмотреть своими глазами на еврея «из наших», который только что прибыл из Святой земли.

Акива с гордостью рассказал, что объехал почти всю Землю обетованную — побывал в Иерусалиме, Тверии и Цфате, молился на могилах рабби Шимона бар Йохая на горе Мерон и праматери Рахели в Бейт-Лехеме, в пещере Махпела в Хевроне и у Стены плача. Земляки слушали его с увлечением, рисуя в своем воображении прекрасные картины Святой земли, и казалось даже, что они сами дышали ее святым воздухом. И только на вопрос о том, почему он вернулся, Акива не дал ответа, лишь глаза его затуманились печалью.

Вскоре после своего возвращения, Акива заболел и слег в постель, его состояние ухудшалось изо дня в день, пока он не почувствовал, что умирает. Тогда он позвал к себе старост из хевра кадиша (похоронного братства). Они пришли и сели рядом с постелью больного, ожидая его распоряжений. Однако Акива лежал с закрытыми глазами и молчал. А когда старосты, не дождавшись ни одного слова, встали и, пожелав ему скорейшего выздоровления, собрались уходить, Акива поблагодарил их за приход и попросил прийти на следующий день. То же самое повторилось и на следующее утро. И только когда они пришли на третий день, Акива сразу же заговорил:

«Вы, конечно, недоумеваете, почему я просил вас прийти снова и снова? Вам также, наверное, как и всем остальным, интересно, почему я вернулся из Земли Израиля. Мой рассказ ответит на все вопросы и развеет все сомнения. Как вы, наверное, помните, я всегда ездил на ежегодную ярмарку в Бердичеве. Я проводил там несколько недель, и каждую Субботу праздновал при дворе цадика рабби Леви-Ицхока. Я молился в его бейс-мидраше, слушал проповеди праведника, желая почерпнуть у него святости и Б‑гобоязненности.

Однажды перед самым началом молитвы в синагогу буквально ворвался один еврей. Он был крайне взволнован и, горько рыдая, рассказал о том, что его обокрали, и он не знает теперь, как жить дальше. Рабби Леви-Ицхок попытался успокоить его и попросил рассказать, что же произошло. Еврей сказал, что он работает поверенным у нескольких богатых купцов, которые доверяют ему крупные суммы денег для проведения торговых операций. В тот день у него украли все имеющиеся при нем деньги. И теперь он в отчаянии, потому что не знает, как возместить такую сумму, и к тому же боится, что потеряет доверие купцов и лишится доброго имени и парносы. Еврей попросил рабби Леви-Ицхока помочь ему в его беде. С его слов стало известно, что в краже подозревают молодую служанку, на которую указал хозяин корчмы. Рабби повелел позвать корчмаря и девушку, которая, представ перед ребе, слезно клялась в своей невиновности. Пришедший с ней отец подтвердил, что хотя они и бедны, но его дочь честна и непорочна, и он не верит, что она могла совершить такой грех. Тем не менее, хозяин корчмы настаивал на своем подозрении, утверждая, что никто, кроме девушки, не мог взять деньги… Тем временем вокруг собралось много людей, и каждый высказывал свое мнение о происшедшем.

Рабби Леви-Ицхок попросил всех замолчать и сказал: «Нет сомнений, что совершена кража, а также у меня нет никаких сомнений, что девушка не виновата. Поэтому я объявляю, что тот, кто готов сейчас возместить украденную сумму денег из своего кармана, разделит со мной мою долю в грядущем мире!» Услышав это, я немедленно ответил: «Так как я деловой человек и привык юридически правильно оформлять любые сделки, то если ребе даст мне письменное подтверждение своего обещания, я готов предоставить необходимую сумму».

Рабби Леви-Ицхок согласился. Я вынул бумажник и отсчитал необходимую сумму, которую ребе передал пострадавшему еврею. Праведник сказал несколько слов утешения смущенной девушки и благословил ее, в уверенности, что Б‑г воздаст ей за позор, который по ошибке достался на ее долю. Рабби попросил меня подойти к нему после службы, чтобы получить его письменное обязательство. Теперь все стороны были удовлетворены.

Когда служба закончилась, ребе позвал меня и вручил собственноручно написанную и подписанную бумагу следующего содержания: «Да откроются врата правосудия предъявителю сего, ибо он заслужил разделить со мной удел мой в грядущем мире. Подпись: Леви-Ицхок бен Сара». Вручая мне записку, рабби просил никому об этом не говорить, до того момента, когда не настанет мой последний день. Тогда я должен буду вызвать габая похоронного братства и попросить его вложить записку мне в руки после обряда очищения и похоронить меня с ней. Вы понимаете, что я хранил эту записку как зеницу ока. Для лучшей сохранности я положил ее в корешок обложки своего Сидура. Собравшись ехать в Землю Израиля, я пошел к рабби Леви-Ицхоку попрощаться и получить благословение. Рабби сказал, что рад меня видеть, и в особенности потому, что вчера вечером у него был еврей, который принес деньги, украденные в свое время у поверенного. Этот еврей признался ребе, что не смог удержаться от соблазна, несмотря на то, что никогда в своей жизни раньше так не грешил. Когда он услышал, что другой еврей возместил из собственного кармана украденную сумму денег, чтобы спасти подозреваемую от позора, в нем заговорила совесть. Раскаявшись, он решил вернуть деньги добровольно. «Теперь реб Акива, вы можете получить ваши деньги и вернуть мне обязательство, которое я дал вам», — сказал рабби Леви-Ицхок. «Ребе, — ответил я, — среди деловых людей не принято идти на попятную после совершения удачной сделки. Вы можете располагать этими деньгами по своему усмотрению, но я не готов отказаться от полученной привилегии. Мне кажется, что справедливость восторжествует, если ребе отдаст эти деньги бедной девушке, как компенсацию за позор и перенесенные ею страдания. С таким приданым она сможет найти хорошего мужа, который составит ее счастье». Цадик из Бердичева с радостью согласился с моим предложением.

Перед поездкой в Святую землю я отдал все свои книги в бейс-мидраш, в том числе и свой старый Сидур (так как купил в дорогу новый), совершенно забыв о спрятанном в нем обязательстве ребе. Вот по этой причине я и вернулся из Святой земли. Когда вы приходили ко мне вчера и позавчера, я чувствовал, что мой последний час еще не настал, но сегодня я уверен, что достиг конца своего пути. Под подушкой вы найдете записку, я прошу — не забудьте вложить ее мне в руку…», — после этого рабби Акива произнес Видуй (исповедь), и его душа покинула этот мир в уверенности в своей доле в грядущем мире, благодаря святому рабби Леви-Ицхоку из Бердичева, да защитят нас и весь народ Израиля его заслуги.

…В нашей сегодняшней недельной главе «Масъэй» рассказывается о блужданиях сынов Израиля по пустыне, начиная с исхода из Египта и до прихода к границам Земли обетованной. Таким образом Тора повелевает нам постоянно находиться в дороге, в поисках пути к Всевышнему. Человек не имеет права замыкаться в четырех стенах, ему необходимо идти и освещать этот мир — распространять Тору.

Из предыдущей главы «Матойс» нам известно, что Моше воспротивился нежеланию сынов Гада и Реувена переходить Иордан и войти в Землю Израиля. Моше считал это решение неверным, потому что предназначение еврея в этом мире — вступить в Ханаан, завоевать его и превратить в святое место — Землю Израиля. Эту же цель преследует наказание изгнанием, которое началось после разрушения Храма и продолжается до сих пор. Его смысл — в том, чтобы обратиться к миру и превратить его в лучшее место, достойное жилища Всевышнего.

Отправляясь в путь, мы должны принять определенные необходимые меры предосторожности. В Иерусалимском Талмуде (трактат «Брохойс», 5: 3) сказано: «Любая дорога представляет собой опасность для идущего». Покидая пристанище святости и духовности и направляясь к «земле Ханаанской», человек должен быть уверен, что он не ошибется в выборе пути, не заблудится в пустыне, не уронит своего духовного величия.

Чтобы обезопасить человека, пустившегося в долгий путь, Б‑г посылает с ним ангелов. Царь Давид говорит: «Ибо ангелам Своим заповедал Он о тебе — охранять тебя на всех путях твоих» (Теѓилим, 91: 11). Еврей должен идти по указанной Творцом дороге, «соблюдать путь Г‑споден, творя милость и правосудие» (Брейшис, 18: 19).

Именно потому, что еврея, пустившегося в дорогу, сопровождают ангелы, мы при встрече приветствуем его словами шолом алейхем («мир вам», а не «мир тебе»). Это не простая формула вежливости, так повелевает нам поступать Ѓалоха. Аризаль («При эц хаим», «Шаар ѓахойдеш») и Алтер Ребе («Сидур ѓаРав», «Законы освящения луны») призывают евреев приветствовать друг друга именно во множественном числе.

Это требование еврейского Закона требует дополнительного объяснения. Талмуд (трактат «Брохойс», 60б) говорит, что перед тем, как войти в туалет, человеку следует обратиться к ангелам, сопровождающим его. Он должен извиниться перед ними за то, что он всего лишь человек из плоти и крови, и нуждается в отправлении физиологических потребностей, и сказать: «Святые служители Всевышнего, ради почитания Б‑га Израиля подождите меня, пока я войду и выйду». Однако в наше время евреи не произносят эти слова по причине, которую объясняет Алтер Ребе в своем «Шулхан орухе»: «В наши дни этот обычай не соблюдается, потому что мы не считаем себя столь благочестивыми, чтобы удостоиться сопровождения ангелов».

Почему же тогда мы продолжаем приветствовать друг друга формулой шолом алейхем во множественном числе, хотя не уверены, что ангелы окружают нас?! Самое простое объяснение в том, что есть разница между нашим отношением к себе и отношением к другим евреям. Человек должен быть предельно самокритичным. Он хорошо знает свой духовный уровень и потому не может считать себя настолько Б‑гобоязненным, чтобы его охраняли ангелы. Следовательно — нет необходимости к ним обращаться. Но по отношению к ближнему дело обстоит иначе: еврей должен видеть в нем человека действительно Б‑гобоязненного, идущего в сопровождении ангелов, и поэтому надо сказать ему: «Шолом алейхем!»

Однако читая молитву после еды, даже когда человек ел в одиночестве, надо говорить: «Творящий мир в высотах Своих, Он дарует мир и нам и всему Израилю». И добавлять: «И скажем омейн!» К кому мы обращаемся, кого мы призываем ответить нам омейн? Алтер Ребе объясняет: «И хотя он благословляет сам себя, это также относится к его ангелам-хранителям». Знающий себя и относящийся к себе самокритично человек не должен рассчитывать на ангелов, которые его охраняют. Но когда он исполняет заповедь, само ее исполнение создает ангела, который охраняет этого человека. Произнося благословение на еду, человек исполняет заповедь, а посещение туалета заповедью не является.

…Когда мы отправляемся в путь, даже с самыми земными целями, не стоит забывать, что «любая дорога полна опасностей», и следует позаботиться о «страховке путешествия». Мы хотим, чтобы нас сопровождали ангелы-хранители, как сказано: «Ибо ангелам Своим заповедал Он охранять тебя на всех путях твоих». Для этого мы должны стать шалиах мицва — сделать так, чтобы наше путешествие было связано с выполнением какой-либо заповеди, например, любви к ближнему или благотворительности. И тогда ангелы, созданные при исполнении этой заповеди, обеспечат нам безопасное движение по избранному нами пути.

Загрузить газету в формате PDF вы можете здесь (956 КБ).

Потеряно и найдено в переводе (Мегила 9)

Талмуд о переводе на греческий, читать далее

Помогите прочитать плз


Не могу понять то, что после слова שנת

דער שטיקעל ברויט וואס איך האב, איז ער דיינער וויי מיינער 2014-07-21 16:10:35

кводорав

О Третьем Храме

Эти дни в нашем еврейском календаре называются днями «Бейн аМецарим» (меж теснинами). Одной из основных причин, связанных с этим периодом, является разрушение Первого и Второго Храмов. О важности траура по разрушенным Храмам, мы учим от пророка Йешайагу (66, 10) «Веселитесь с Йерушалаимом и радуйтесь ему, все любящие его! Возрадуйтесь с ним радостью, все скорбящие о нем». Из этого стиха наши мудрецы сделали вывод (ВТ, Таанит 30,2)- «Тот, кто скорбит об Иерусалиме, удостоится увидеть его в радости, а тот, кто не скорбит об Иерусалиме – не удостоится». Вместе с тем, на протяжении всей нашей истории мы знаем и ожидаем что на каком- то этапе (с Божьей помощью как можно скорее) будет построен Третий Храм. Поскольку он до сих пор еще не построен, по-видимому, мы не достаточно понимаем его ценность и не очень сильно ощущаем его отсутствие. Что же говорит наша традиция о том, каким он будет, и как будет проходить его строительство?

http://shunrasher.livejournal.com/172610.html

Сообщество людей, практикующих ортодоксальный Иудаизм 2014-07-18 09:35:27

Недельная глава Матот (которая читается, как правило, во время разборок с Газой), сообщает нам, что Всевышний повелел сделать с мидьянитами, народом из потомков Ишмаэля, пристававшими к евреям. Там все подробно написано.

Не могу не отметить неожиданный факт, как наши поступили с городами Мидьянитов. Их уничтожили. Хотя, казалось бы, напрашивалось поделить освободившуюся жилплощадь между всем народом и участникам военных действий. Правда, это происходило за пределами Эрец Исраэль.

Руководить операцией Моше рабейну назначает Пинхаса. Того самого, которому в начале предыдущей главы Всевышний дал брит шалом. Получается, истребление мидьяним — это самый, что ни на есть шалом. Как ненарочно очень верно заметил один товарищ, «Шалом делают с врагами». И это, вправду, так, только действие «делание шалома» в случае врагов иное, чем в случае друзей.

Ну, и вот, собственно. Так выпьем же за то, чтобы мы соблюдали Тору.

Сослучайное и присослучайное 2014-07-18 00:49:05

Необходимое, насущное чувство для жизни в Израиле, которое нужно вырабатывать и усиленно поддерживать в себе — это уверенность в том, что наше правительство знает, что делает.

Хаханукальное

Извините, что я тут посреди лета про Хануку, но почему по ашкеназски ударение на первый слог. Обычно ведь на предпоследний. Как капурэ например.

Что приличествует хасиду?

Канун Шабос главы «Матойс»
20 тамуза 5774 года / 18 июля 2014 г.

Хасидские старейшины Витебска собрались приветствовать прибывшего в город рабби Шмуэля Шнеерсона, четвертого Любавичского Ребе, в надежде, что он снизойдет к ним и произнесет проповедь.

— Я не очень хорошо себя чувствую, и поэтому не могу долго говорить, — сказал рабби Шмуэль. — Разве что несколько слов…

Весть, что Ребе выйдет к хасидам, быстро распространилась по всему городу. Соорудили помост, принесли кресло. Когда рабби появился, на площади воцарилось молчание.

Ребе обратился к собравшимся со следующими словами:

— В речениях наших мудрецов и в мидрашах принято приводить множество афоризмов, поговорок, притч, действующими лицами которых являются цари, царевичи и так далее. Это делается для того, чтобы воспользоваться существующими в мире представлениями для объяснения путей служения Творцу.

Часто можно услышать обороты вроде «этому человеку не пристало такое говорить» или «ему приличествует быть понятливым». Евреи (и хасиды в частности) пользуются этим выражением для определения духовной ценности того или иного явления. Для них есть вещи «подходящие» и не соответствующие их жизненным принципам.

Что приличествует хасиду? Каждый день выучивать какое-нибудь новое хасидское изречение; посвятить себя творению добра; всегда быть радостным и, более того, нести радость другим; познать собственные недостатки и достоинства других; считать даже самого простого человека лучше себя; перенимать у другого его лучшие качества и примеры добрых дел; жить в любви и братстве, мире и дружбе. А что не приличествует хасиду? Не изучать хасидизм; не помогать ближнему; не признавать свои недостатки; не перенимать все хорошее от других; предаваться печали; предаваться гордыне и считать себя выше других; провоцировать споры и разногласия даже во имя утверждения правоты хасидизма.

Произнеся это, Ребе встал, благословил присутствующих и вернулся в свои покои. Его слова произвели огромное впечатление на слушателей. Дов-Бер Хершман, человек жесткий и не сентиментальный, высказался после этого следующим образом: «Своими словами Ребе за двадцать минут сумел омыть и очистить наши души. Дай Б‑г, чтобы после молитвы Аль хет («За грех»), которая читается в Йом-Кипур, мы испытали те же чувства. Теперь мы осознали все величие Ребе».

…Кто такой хасид? Об этом меня часто спрашивают, и я уже несколько раз отвечал на этот вопрос. Хасид не тот, кто ходит в длинной черной капоте и носит бороду, — так одевается бо́льшая часть религиозных евреев! Некоторые утверждают, что хасид — это тот, кто говорит на идиш, но есть много людей, для которых идиш — это родной язык, и не все они хасиды (а есть хасиды, которые не говорят на идиш).

Хасид — это тот, кто делает больше, чем он должен делать, всегда старается исполнять заповеди наилучшим образом. Хасид даже спит в кипе, так как озабочен тем, чтобы явившийся к нему во сне ангел не застиг его врасплох. Хасид — это, если можно так выразиться, перфекционист, он всегда хочет делать все максимально хорошо.

Кошерную мезузу можно приобрести за тридцать или сорок долларов, но хасид предпочтет купить самую лучшую — за сто. К празднику Суккос можно купить эсрог за тридцать долларов, но хасид предпочтет купить эсрог из Калабрии, цена которого доходит до ста пятидесяти… И так во всем. Вплоть до того, что в праздник Песах, когда все евреи едят корень хрена, сдобренный чем-то, чтобы он не был чрезмерно острым и горьким, хасид будет есть его без всяких добавок, даже если это очень трудно, потому что он хочет исполнить эту заповедь в совершенстве!

Но есть некоторые заповеди, исполняя которые, хасиды обычно не усердствуют, а наоборот — делают самый минимум. На этой неделе был пост 17 тамуза, а сейчас народ Израиля пребывает в трехнедельном трауре по Иерусалимскому Храму. Обычно, сталкиваясь с необходимостью исполнять законы траура, люди стараются наиболее правильно и четко соблюсти религиозный обряд. И чем строже человек исполняет эти законы, тем лучше он чувствует себя, ибо ему кажется, что таким образом он искупает смерть близкого человека. Однако хасиды по мере возможности стараются не расширять траурные церемонии, исполняя только то, что требует Ѓалоха, но не более того. На этом основано правило «облегчения траура», по которому даже в подобные дни хасиды пытаются найти повод для радости.

Ребе велел, чтобы в течение девяти дней между рош-хойдеш ов и постом 9 ова праздновали окончания изучения трактата Талмуда. Когда еврей заканчивает изучение трактата, это повод для праздника, в честь чего можно устроить праздничную трапезу, на которой устраняется запрещение есть мясо в эти девять дней. И в сам день девятого ова у хасидов не принято плакать во время чтения Эйха (Книги плачей). Наоборот — дети в синагогах бросают в молящихся колючки, чтобы вызвать у них улыбки!

Известен хасидский афоризм: «К исполнению заповедей, которые несут телу наслаждение, не следует прилагать особого усердия». Что это за заповеди? Например, обязанность есть мясо, рыбу и другие деликатесы в Субботу как часть выполнения требования Торы о наслаждении Субботой. Некоторые евреи действительно очень усердствуют в исполнении этой заповеди: едят большой кусок мяса, полную тарелку чолнта. А если чолнт не удался, то они считают, что и Суббота «не удалась». Но хасиды знают, что исполняя эту заповедь, можно насладиться маленьким кусочком мяса и больше не съесть ничего.

В Храме каждую Субботу коѓенам раздавали лехем поним — хлеб со специального стола. Даже маленький кусочек его был священным и желанным. Талмуд (трактат «Кидушин», 53а) пишет по этому поводу: «Скромные прятали руки, а наглецы хватали». Именно потому, что это мицва, приносящая телу удовольствие, скромные «хасиды» отдергивали свои руки.

Или, например, вызов к чтению Торы в синагоге. Получить это право — большая честь для еврея и одновременно проявление меры уважения к нему в общине. Многие евреи во что бы то ни стало стремятся получить это право не только во имя исполнения заповеди, и даже в некоторых общинах принято его покупать. Однако хасиды и здесь усердствуют не особо.

Самая важная заповедь, которую хасиды не стремятся исполнять особенно рьяно, звучит так: «Увещевай ближнего своего». Всевышний повелевает еврею, который видит, что другой еврей делает что-то не так, помочь ему исправить положение, так сказать, наставить на путь истинный. И сколько есть таких любителей-наставников, которые испытывают удовольствие, исполняя эту заповедь! В каждой общине найдутся такие евреи, которые одному поправляют тфилин, другому талес. Они непременно позаботятся о том, чтобы заставить замолчать любого, кто разговаривает во время молитвы, даже если это происходит в другом конце молельного зала, они не только первыми побегут туда, чтобы заставить замолчать нарушителя, но и сделают замечание со своего места, а если тот не понимает, они даже громко назовут его по имени… Это своего рода болезнь — желание доказать всем, что он знает все лучше, чем другие, он более требователен к себе и другим, более Б‑гобоязненный…

Алтер Ребе говорит («Тания», глава 32), что заповедь «Увещевай ближнего своего» следует исполнять только по отношению к близкому другу, вместе с которым изучают Тору и исполняют заповеди. «В том же случае, когда другой ему не товарищ по учебе и не родственник, он должен относиться к нему так, как сказал Ѓилель: «Будь учеником Аѓарона, любящим мир… любящим сотворенных и привлекающим их к Торе» («Пиркей овойс», 1: 12).

Можно увещевать только того, с кем вы учились вместе в хедере или в школе, человека, который готов услышать ваше предостережение, и вы уверены, что ваш упрек не оскорбит его. Поэтому хасиды не усердствуют в исполнении этой заповеди, а наоборот, стараются не упрекать каждого человека, потому что от этого ему может стать стыдно, или еще хуже — это оттолкнет его от Торы.

Рассказывают о рабби Леви-Ицхоке из Бердичева, что однажды он встретил еврея, который курил в Йом-Кипур. Он обратился к нему и спросил: «Сын мой, может быть, ты забыл, что сегодня Йом-Кипур?» Еврей ответил ему: «Рабби, я знаю, что сегодня Йом-Кипур». — «Может быть, ты не знаешь, что нельзя курить в Йом-Кипур?» — «Нет, — ответил еврей с вызовом, — я знаю, что сегодня Йом-Кипур, и я знаю, что нельзя курить в Йом-Кипур!» Рабби Леви-Ицхок воздел глаза к Небесам и возопил: «Г‑споди, посмотри, какие у Тебя сыновья! Даже еврей, который курит в Йом-Кипур, не способен изречь ни одного лживого слова!» Эта история не просто милая хасидская майса, в ней говорится о гениальной душевной тонкости рабби Леви-Ицхока, с которой праведник пытается выполнить мицву упрека, и вместе с тем не унизить этого грешника, а побудить его делать правильные вещи.

Любавичский Ребе высветил и положительную сторону заповеди «Увещевайте ближнего своего»: она требует от каждого из нас побеспокоиться — с любовью к сынам Израиля — чтобы каждый еврей соблюдал законы Торы и исполнял ее заповеди. И если мы не будем проявлять заботу о привлечении другого еврея к иудаизму, то ответственность за него ляжет целиком на наши плечи. Ведь исполнение этой заповеди состоит не в том, чтобы попенять ближнему и почувствовать удовлетворение от того, что выполнил свой долг, сделал все от тебя зависящее. Каждый из нас несет ответственность за другого еврея, который до сих пор еще не обратился к иудаизму. И именно мы должны позаботиться о том, чтобы он действительно захотел соблюдать заповеди. В исполнении этой заповеди хасиды особо усердствуют, ибо Алтер Ребе сказал: «Даже людей, далеких от Торы Всевышнего и от служения Ему, называемых потому просто «сотворенными», нужно привлекать крепкими узами любви. Все это — в надежде, что удастся приблизить их к Торе и к служению Всевышнему. И даже если нет, тот, кто так поступает, не теряет своего вознаграждения за исполнение заповеди о любви к ближним» («Тания», глава 32).

Загрузить газету в формате PDF вы можете здесь (1,16 МБ).

Новая идея перевода Мишны

с какого времени читают
по вечерам евреи шма
когда разрешена коѓенам
трума
(Брахот, 1:1)

тремя еврей путями может
жену себе приобрести
отдать кольцо ктубу составить
войти
(Кидушин, 1:1)

схватились двое за рубаху
и каждый «вся она моя»
так поклянитесь и разрежьте
друзья
(Бава мециа, 1:1)

Кто продолжит?

Сослучайное и присослучайное 2014-07-17 09:07:07

http://autopoet.yandex.ru/

Стихи, составленные из поисковых запросов.

Сослучайное и присослучайное 2014-07-17 04:53:06

Мидраш — это вообще-то фанфик. Или наоборот: фанфик — это некий мидраш.

Сослучайное и присослучайное 2014-07-16 07:04:58

Рабби Йеѓошуа говорит: В нисане родились праотцы, как сказано: «в месяце зив» (Млахим-I, 6:1) — месяц, в котором родились светочи (зивтаней) мира. (Рош ѓа-шана, 11а).
Всё хорошо, только а) рождение праотцев в нисане не упомянуто в Торе, б) их определение как «светочей мира» — это изобретение самого рабби Йеѓошуа, в) в продолжении этого стиха явно сказано, что зив (сияние) — это второй месяц, ияр. Комментаторы делают интересные попытки объяснить это расхождение, например, что солнечный месяц нисан пересекается с лунным ияром, или что в ияре они уже были в мире, хотя родились в нисане (Раши), или что месяц нисан был полон сиянием (Ритва), или что в нисане сияют цветы на деревьях (Радак к Млахим). Хотя можно сказать что слова «второй месяц» относятся к последующему: «царствования Шломо».

И плакал народ в ту ночь

Вот, как оно бывает. Одни плакали за Путлера, другие за жидобандеровцев. А теперь все плачут за положение дел в Израиле.

О блудном сыне

«Баал-Шем-Тов рассказывал такую притчу. Был однажды царевич, которого очень любил отец, царь. Отец захотел послать сына в далёкие страны, чтобы он научился обычаям мира. Он дал сыну много богатства и отослал его. С течением времени царевич растратил своё богатство и удалился на такое расстояние, что в тех местах даже не слышали о царе и никто не знал царевича и не хотел помочь ему. Когда царевич увидел, что у него кончились средства, он решил вернуться к отцу. Но в долгих странствиях он забыл язык, на котором говорили в царстве отца, и когда он пришёл в город своего отца царя, никто не понял его и он не сумел объяснить, что он царевич. Подойдя к дворцу, царевич начал громко кричать без слов, и царь услышал этот крик и сказал: «Это голос моего сына, он кричит, он в беде». Вышел царь к сыну, обнял его, поцеловал и ввёл во дворец».
Это притча Бешта о шофаре в Рош ѓа-шана. И что же перед нами — влияние или типологическое схождение?

И станут эти дни днями веселья и радости…

Вчера слышал от имени Купшницкого ребе (Купчинцы?, Купчинь?):

"В конце законов о постах пишет Рамбам "Все эти посты… в будущем станут праздниками (йомтовами) и днями веселья и радости". В частности речь идет о 17 тамуза и 9 ава. А что же будет с днями "бейн амецорим"? — Они станут "холь амоэд".

Итересно, что в этом случае стричься в эти дни все же будет нельзя.

hikonu666t_400_01

Сослучайное и присослучайное 2014-07-15 05:56:58

Название месяца ияр אייר расшифровывается в еврейской традиции как אני יי רופאך, «я, Г-сподь, целитель твой». а также как אויבי ישובו יבושו רגע. А ведь писать имя Бога как два йода — это просто писцовая практика, эвфемизм!