Не уходить от ответственности

This post was written by Синий Вечер on Октябрь 31, 2013
Posted Under: toldos,toldot,Тойлдойс

Канун Шабос главы «Тойлдойс»
28 хешвона 5774 года / 1 ноября 2013 г.

Ежегодно в «Севен севенти» (штаб-квартире хасидского движения Хабад, расположенной в доме 770 — «севен севенти» на английском — по Истерн парквей в нью-йоркском районе Краун-Хайтс) проводится всемирный съезд шалиахов (посланников) Любавичского Ребе. Год назад раввин из Южной Африки рассказал весьма примечательную историю, которая произошла в его общине.

В одну из суббот, во второй половине дня, когда в молельном зале «Бейс-Хабада» (дословно — «дом Хабада»; так называются синагоги и общинные центры, которые посланники Ребе открывают по всему миру) осталось совсем немного людей, неожиданно с шумом распахнулась дверь, и в помещение ворвались трое вооруженных злоумышленников!

Всех присутствующих охватил леденящий страх. Нападающие сразу же определили шалиаха как руководителя общины, и один из них, направив на него свой пистолет, держал его на прицеле в течение долгих десяти минут, показавшихся раввину целой вечностью. Тем временем двое других налетчиков проверили карманы всех присутствующих и обыскали помещение в поисках денег и драгоценностей…

Незадачливые грабители плохо подготовились к налету. Снаружи «Бейс-Хабад» выглядел очень богато, это и привлекло внимание преступников. Однако войдя вовнутрь, они обнаружили только стулья и столы, на которых стояли тарелки с остатками чолнта. Когда главарь потребовал денег, раввин преподал ему урок по законам Шабоса, сказав, что евреи в Субботу даже не прикасаются к деньгам. Тогда бандит потребовал мобильный телефон, и снова пришлось объяснять, что евреи в субботу не пользуются никакими электронными приборами… Словом, хорошо то, что хорошо кончается! Слава Б‑гу, грабители ушли, не солоно хлебавши, а евреи отделались легким испугом.

Многие спрашивали раввина, почему он не покинул неблагополучный район и не перебрался куда-то в более безопасное место. Он отвечал: «Как правило, хасиды не спасаются бегством, а посланники Любавичского Ребе тем более не убегают от ответственности. И все время пока в этом месте живут евреи, рядом должен быть человек, который сможет позаботиться об их духовных потребностях…»

В 5636 (1976) году Любавичский Ребе отправил большую группу своих посланников в Землю Израиля. Среди них были и неженатые хасиды, и отцы семейств. Семейные поселились в Цфате, а холостяки — в Иерусалиме. Это было всего через пару лет после окончания Войны Судного дня, когда ситуация в стране была очень напряженной, мир и безопасность балансировали на грани хрупкого равновесия. Особенно это чувствовалось в этих двух городах. Находились люди, высказывавшие сомнение в разумности и взвешенности данного шага: мол, стоит ли рисковать, посылая людей туда, где так неспокойно?! Ребе, разговаривая с посланниками, сказал, что берет эту миссию «на себя и свою шею», несет за это личную ответственность.

Это выражение взято из Талмуда (трактат «Псохим», 8б). Там рассказывается об одном из великих амораев — Аббе Арихе, известном также как Рав («Великий»), который организовал изучение Торы в Вавилоне. Рав родился в Вавилоне, изучал Тору у рабби Хии, а затем вместе с ним переехал в Землю Израиля, где впоследствии продолжил учение в иешиве рабби Йеѓуды ѓаНоси. Возвращение Рава на родину стало переломным моментом в духовной и культурной жизни, в законодательстве и судопроизводстве вавилонского еврейства. До его появления большинство евреев вавилонской общины не имели возможности изучать Тору, и он решил изменить ситуацию. Поселившись в городе Сура, он основал там новую иешиву, а которую стекались массы жаждущих изучать Тору — число только постоянных слушателей достигало тысячи двухсот! Тогда же установился продержавшийся в течение столетий обычай под названием «месяцы собрания» — ярхей кала (дословно — «месяцы невесты»; данное название связано с тем, что в священных книгах Тора называется невестой, а постигающий ее ученик является женихом). Суть этого обычая заключается в том, что люди, в течение года посвятившие себя непрерывному труду для добычи пропитания, два раза в год: весной в адоре, перед Песахом, и осенью в элуле, перед осенними праздниками (сезоны затишья в вавилонском земледелии) прекращали работать и приходили в иешиву изучать Тору. Это было нечто вроде нынешних «народных университетов», в академиях собирались десятки тысяч для участия в занятиях. Благодаря этому нововведению большинство евреев Вавилона получили возможность изучать Тору…

Итак, Талмуд рассказывает, что однажды спросили Рава, не стоит ли изменить время начала занятий в иешиве, так как ученики из окрестных деревень, добираясь в предрассветной мгле, подвергают себя опасности? Рав сказал, что не надо ничего менять, и добавил: «Олай веаль цавори — [Пусть это будет] на меня и на мою шею». Это значило, что он берет на себя всю ответственность за них.

Подобная ситуация, в которой человек возлагает на себя все бремя ответственности, встречается в Торе довольно часто. Например, в нашей недельной главе «Тойлдойс», одной из главных тем которой является история с благословением сыновей нашего праотца Ицхока. Ощущая приближение смерти, Ицхок призвал к себе Эйсава и сказал ему: «Вот и состарился, не знаю дня смерти моей. И ныне, изготовь же твои орудия, твою перевязь и твой лук, и выйди в поле, и налови мне добычи. И приготовь мне яства, как и люблю, и принеси мне, и я буду есть, чтобы благословила тебя душа моя, прежде чем умру» (Брейшис, 27: 2–4). Жена Ицхока Ривка, услышав этот разговор, не смогла остаться безучастной. Считая, что благословение отца должен получить Яаков, тем более что он выкупил у своего брата первородство, Ривка предложила сыну воспользоваться тем, что в старости Ицхок ослеп, и принести ему еду вместо Эйсава, а затем получить благословение. Яаков испугался и спросил у матери: «Быть может, ощупает меня мой отец, и буду в его глазах как бы обманщиком, и навлеку я на себя проклятие, а не благословение» (там же, стих 12). И сказала ему мать в ответ: «На мне твое проклятие, сын мой!» Рашбам (рабби Шмуэль бен Меир, один из авторов комментария «Тосфос» к Вавилонскому Талмуду), поясняя этот стих, добавляет: «Олай веаль цавори», — Ривка взяла на себя полную ответственность за все, что бы ни произошло. И Всевышний помог Яакову получить благословение отца. А после того, как все выяснилось, Ицхок подтвердил совершенное и благословил его по доброй воле: «Также пусть благословен будет!» (Брейшис, 27: 33).

Природа человеческая такова, что, когда дело доходит до общественных интересов, люди, как правило, не хотят взваливать на себя бремя ответственности. Они говорят: «Почему именно я должен заниматься этой проблемой? В обществе есть много талантливых людей, которые гораздо умнее и успешнее меня! Зачем мне, как говорится, «бежать впереди паровоза»?» Любавичский Ребе учит нас принимать все «на себя и свою шею», не уходить от ответственности, а, наоборот, осознанно и полной мерой брать ее на себя.

Довольно часто при возникновении ситуаций, требующих действовать в интересах иудаизма или еврейского народа, у нас появляются мысли о том, что груз, который мы хотим взвалить на себя, может оказаться непосильным и опасным, что на этом пути нас ждут нелегкие или, не дай Б‑г, трагические моменты. Может случиться, что кто-то пострадает от наших действий, найдутся те, кто рассердится на нас. Может быть, для выполнения того, что надо сделать, потребуются значительные средства, которых у нас нет. Возможно, что наши действия нарушат весь привычный уклад жизни, помешают собственным занятиям или личным делам. И все же, несмотря ни на что, мы должны поступать так, как учит нас Ребе: смело брать на себя всю полноту ответственности, «на себя и на свою шею». До такой степени, чтобы, как пишет Рамбам в кодексе «Мишне-Тора», «ощущать себя так, будто весь мир сохраняет равновесие благодаря тебе, и любой твой поступок может повлиять на судьбу всего мироздания».

Загрузить газету в формате PDF вы можете здесь (888 КБ).

Comments are closed.