9

 

В конце концов поверил Мордехай Гаману и сказал ему:

— Можно ли надеть такое роскошное платье на мое грязное от праха и пота тело?

— Ты прав, — согласился Гаман, — я сейчас приведу банщика, он поможет тебе вымыться и умастит тебя благовониями — ведь ты облачаешься в царские одежды.

Побежал Гаман искать банщика, но никого не нашел, так как царица Эстер запретила в этот день всем жителям столицы работать. Пришлось Гаману из страха перед царем самому прислуживать Мордехаю во время мытья и помочь одеться. Но когда он захотел возложить на голову еврею царскую корону, тот сказал:

— Не место царской короне на таких отросших волосах.

— Подожди здесь, и я приведу брадобрея, — сказал Гаман и побежал на поиски, но и все брадобреи, как и банщики, сидели по домам из-за запрета царицы.

Вынужден был Гаман зайти домой и принести оттуда ножницы. С тяжким вздохом начал он стричь Мордехая и вдруг зарыдал.

— Почему ты плачешь? — спросил его Мордехай, и ответил ему злодей:

— Я плачу, думая о горькой судьбе своей! Был я самым уважаемым и могущественным министром у царя, вторым человеком после него во всем государстве, а сейчас кто я? Твой брадобрей.

Но Мордехай знал Гамана еще с тех времен, когда тот был нищим и несчастным, и сказал ему с упреком:

— Ты и в самом деле думаешь, что я не знаю, кем были ты и твой отец? Двадцать два года был твой отец банщиком и брадобреем, и все инструменты, которые ты принес, чтобы помыть и постричь меня, принадлежали твоему отцу.

— Но все-таки, как горька судьба моя! — продолжал плакаться Гаман. — Смотри, что произошло со мной: все мои замыслы обратились против меня. Я соорудил для тебя виселицу, а твой Б-г, нарушив мои планы, приготовил тебе царскую корону. Я бегал и доставал гвозди и веревку, чтобы повесить тебя, а Б-г твой позаботился о том, чтобы одеть тебя в царские одежды. Я пришел к царю получить разрешение повесить тебя, а он приказал мне посадить тебя на своего жеребца. Не могу я нарушить приказ Ахашвероша, поэтому садись на коня, и я проведу тебя по улицам Шушана.

Трудно было Мордехаю после длительного поста и изнурительных молитв вспрыгнуть в седло, поэтому Гаман был вынужден стать перед евреем на колени, и тот с его спины взобрался на коня.

Очутившись в седле, Мордехай вдруг сильно пнул Гамана ногой.

— Как тебе не стыдно, Мордехай! — воскликнул тот. — Написано в твоей Торе: "Падению врага твоего не радуйся, и если споткнется он, не ликуй в сердце своем"[1]. Почему ты мстишь мне, когда я в беде?

Ответил ему Мордехай:

— Действительно, так написано в нашей святой Торе, и если бы ты был только моим врагом, то я бы не радовался. Но ведь ты враг всего народа моего, и лежит на мне обязанность исполнить другое повеление Торы: "А ты будешь попирать высоты их"[2].

"ТОГО ЖЕ УДОСТОИТСЯ КАЖДЫЙ, КОГО ЦАРЬ ЗАХОЧЕТ ПОЧТИТЬ"

По улицам столицы на глазах у всех мужчин, женщин и детей вел Гаман под уздцы царского коня с восседавшим на нем Мордехаем, облаченным в одежды с плеча Ахашвероша, и возглашал: "Того же удостоится каждый, кого царь захочет почтить!"

Множество царских сановников сопровождали Мордехая и громко повторяли эти слова.

Видя своего руководителя, удостоившегося такой славы, все евреи вышли на улицы с горящими факелами в руках и радостно кричали: "Вот как поступают с человеком, которого Царь мира, Творец неба и земли, хочет отметить!"

Не забыл Мордехай в такую минуту помолиться Г-споду и поблагодарить Его за чудо, которое Тот совершил для него:

— Превознесу Тебя, Г-сподь, ибо Ты возвысил меня и не допустил, чтобы враги мои торжествовали надо мной.[3]

А ученики его отвечали ему:

— Пойте Г-споду, любящие Его, возносите благодарность Его святому Имени! Ведь гневается Он лишь мгновение, а благосклонен Он всю человеческую жизнь.[4]

Когда слух о великих почестях, оказанных Мордехаю, дошел до царицы Эстер, возблагодарила и она Всевышнего:

— К тебе, Г-сподь, воззову; Тебя, Г-сподь, буду молить!.. Какая польза в гибели моей, в том, что низвергнусь я в могилу? Разве будет славить Тебя прах? Разве будет он провозглашать Твою истину? Услышь, Г-сподь, и помилуй меня! Г-сподь, будь мне поддержкой! Ты сделал так, что мой траур сменился праздником для меня, снял с меня рубище мое и препоясал меня весельем. За это будет воспевать Тебя душа не умолкая; Г-сподь, Б-г мой! Всегда буду благодарить Тебя![5]

Из окон всех домов, с крыш и балконов смотрели люди на Мордехая, восседавшего на царском коне, и на униженного Гамана, семенящего перед ним.

Дочь первого министра, выглянув из окна их высокого дома, решила, что на коне сидит Гаман, а Мордехай бежит впереди. Гордая той славой, которой удостоился ее отец, и довольная унижением еврея, взяла она ведро помоев и вылила на своего отца. Мокрый и грязный, поднял Гаман голову посмотреть, кто облил его, и увидел свою дочь, глядевшую на него с испугом: она осознала свою ужасную ошибку. Увидев, что опозорила она своего отца на глазах у всех, дочь Гамана выбросилась из окна и разбилась насмерть.

ТРАУР ГАМАНА

В скорби и унижении, спотыкаясь и рыдая, вернулся Гаман домой, к своей жене Зереш и всем чадам и домочадцам. Поведал он им обо всем, что случилось с ним после того, как пришел он к царю просить разрешения повесить Мордехая, и сказала ему Зереш:

— Говорила я тебе, что не одолеешь ты Мордехая, а только сам пострадаешь, подобно всем тем, кто пытался причинить зло его народу. Со времен Аврагама Б-г Израиля не оставлял их. С Его помощью поразил Аврагам пятерых царей.[6] Авимелех, царь Герара, не мог одолеть Ицхака и пришел к нему с просьбой о мире.[7] Яаков боролся с ангелом и победил его.[8] Моше и Агарон утопили в Красном море армию фараона.[9] Поэтому знаю я, что и ты не победишь Мордехая, ибо с ним его Б-г, охраняющий евреев и спасающий их от любого врага. Сказал Гаман жене с упреком:

— Если ты знала, чем все кончится, зачем же посоветовала мне построить для Мордехая виселицу?

— Надеялась я, что в этот раз Б-г не спасет их. Сравнивает их Он и со звездами небесными и с прахом земным. Если они выполняют Его заповеди, то Он возносит их до звезд; но если оставляют они Тору Его, то становятся подобными земному праху: каждый может топтать его. Знала я, что они грешили, и надеялась, что Б-г накажет их, отдав в твои руки. Теперь же, услышав от тебя о возвышении Мордехая, я вижу, что началось избавление Израиля, а тебя уже ничто не спасет.



[1] Мишлей, 24:17.

[2] Дварим, 33:29.

[3] Тегилим, 30:2.

[4] Тегилим, 30:5-6.

[5] Тегилим, 30, 9-13.

[6] Берешит, 14:1-20.

[7] Берешит, 26:1-33.

[8] Берешит, 32:25-33.

[9] Шмот, 14:26-31.

Запись опубликована в рубрике: .
  • Поддержать проект
    Хасидус.ру