Риторики Талмуда

Раздел: Иудаизм

Автор: С.Б. Долгопольский
Переводчик:
ISBN:
Издатель:
Год издания:

анализ в пост- структуралистской перспективе, аффект и фигура

Книга на русском языке. 18 страниц в конце книги на английском языке, представляют суммарный обзор всей книги

Эта книга в значительной мере результат неудачных попыток читать/изучать гемару Вавилонского Талмуда по классическим 4 меркам, наследованным от эллинизма,— по канонам логики или же по канонам риторики. Текст гемары оказался несводимым ни к какому силлогистически оправдываемому прочтению (в смысле аристотелевской топики, а по стоикам — логики). Тогда была предпринята попытка обосновать возможность его чтения 5 риторически, средствами риторики Стагирита, но текст показал свою несводимость и к классическим риторическим формам.

Однако риторика остается единственной возможностью обосновать логическую несводимость текста гемары. Для обоснования возможности чтения такого текста требуется описать его собственное риторическое устройство, во многом отличное от классического (пост)аристотелевского,— устройство, которое только и может быть названо риторическим, в смысле его отличия от классической аристотелевской риторики 6.

Строго говоря, задача этой книги может быть поставлена только в развернутом виде. Однако, говоря кратко, се задача заключается в том, чтобы, с одной стороны, пользуясь средствами (пост)аристотелевской риторики описать/обосновать возможность такой теоретической риторики, которая соответствовала бы практической риторике гемары, а с другой стороны, определить пределы применимости (пост)аристотелсвской риторики для такого описания.


1 Мы не говорим здесь о традиционных способах читать текст, фиксированных после завершения гемары.
1 Речь идет о возможности живого чтения и только об этом, а не об опознании в тексте смыслов, известных из других источников, от учителей или из комментариев.

6 Риторика отличалась от логики, основанной на силлогизме, понятием энтиме-мы, то есть имеемой в виду, но непроизносимой в данном речевом сообществе части силлогизма, которая задается именно своей непроизносимостью и исчезает, как только выводится в речь в составе полного силлогизма, именно в момент ее выведения в речь исчезает державшее ее речевое сообщество. Ср.: Аристотель. Риторика.: «Есть два вида энтимем, одни показательные, [показывающие], что что-нибудь существует или не существует, другие — обличительные. [...] Показательная энтиме-ма есть силлогизм, построенный на основании посылок признаваемых, а энтимема обличительная — есть силлогизм с посылками не признаваемыми» (Рит. 1396b, пер. Н. Платоновой). Энтимема, по Аристотелю, это то, что подразумевается в речи, в отличие от полного силлогизма, не оставляющего места подразумеваемому. Ср. также: «Относительно речи (logoz) существуют три вещи, которые должны быть обсуждены: во-первых откуда берутся средства убеждения (pisteiz), во-вторых о слоге (lexiz), в-третьих, о порядке, в котором надо располагать части речи. О средствах убеждения уже сказано, и о числе их источников, что всего <источников> три, и почему не более; а именно, все бывают убеждены либо собственным настроением, при вынесении приговора, либо тем, за кого принимают говорящих, либо доказательствами.

Сказано и об энтимемах, откуда их должно черпать, а именно, среди них бывают частные (___) энтимемы и общие места (____). Теперь следует сказать о слоге; ведь недостаточно иметь, что говорить, но необходимо <знать>, как говорить, и это немало помогает речи произвести должное впечатление» (Рит. 1403b. пер. С. Аве-ринцева). Риторика занимается убедительностью речи и оперирует энтимемами, а топика «логической» строгостью речи и оперирует полными силлогизмами.
(Заметим, что уже у Боэция энтимема «логизируется», сводится к «неполному силлогизму».)

СОДЕРЖАНИЕ

ОТ РЕДАКЦИИ
Введение
Глава первая
ТЕКСТ В ВАВИЛОНСКОЙ ГЕМАРЕ
Функции текста гемары
Инаковость текста традиции
Нарративный подход
Парадигматический подход
Ритмическая экспозиция 41
Техническая экспозиция
Парадигматика констатации
Таблица констатации об отцах и отпрысках ущербов
в трактате Баба Кама 2а—ЗЬ 112
Таблица констатации об отцах и отпрысках ущербов
в трактате Баба Кама 2а—ЗЬ
Парадигматика фигур
Таблица фигур, выделенных по повторяемости (выборочная)
Движение в тексте: генерализация или расширение
Глава вторая
ПРОТИВ РИТОРИКИ:
РЕЧЬ И РЕДСТАВЛЕНИЕ
Глава третья
ГЕМАРА, CENTO
Глава четвертая
ПРОБЛЕМА РАСПОЛОЖЕНИЯ ТЕКСТА
Глава пятая
ФИЛОСОФИЯ ГРАММАТИКИ ТАЛМУДА.
К постановке проблемы ахронии Эон и олам
Отсылка к другому
Глава шестая
ПРОТИВ АЛЛЕГОРЕЗИСА: МОИСЕЙ И СИМВОЛ
Коммуникация с Лаканом
Резюме о психозах
Истина и этнос
Машины Лакана
Свирепое неведенье Гавайе
Амбивалентность аффекта
ВМЕСТО ЗАКЛЮЧЕНИЯ
МЕСТО РЕЧИ В «ПРИГОВОРЕ» Ф. КАФКИ.
SUMMARY
The statement of the book's purpose
Abstract of chapters
Chapter One. Text's Functions in the Gemara of the Bavli
Chapter Two. Contra Rhetoric: Speech and Representation
Chapter Three. The Gemara, The Cento
Chapter Four. The Problem of Text's Disposition
Chapter Five. The Talmud's Philosophy of Grammar
Chapter Six.Contra Allegorizing: Moses and Symbol
Instead of Conclusion. Position of Speech in Kafka's «das Urteil»
ИЗБРАННАЯ БИБЛИОГРАФИЯ

Фрагмент из книги:

Глава первая

ТЕКСТ В ВАВИЛОНСКОЙ ГЕМАРЕ

Задача данной главы двойная. Для читателя, не обладающего собственным опытом изучения гемары — эта глава — первое знакомство, представление гемары и приготовление к последующему. Для иного же — она только отсылает к источнику. Однако как и любая отсылка — эта отсылка не нейтральна, поскольку представляет собою определенный выбор — как текста и способа его экспозиции, так и задач, ради которых эта экспозиция предпринимается, и вопросов, которые в связи с ней ставятся. Двойственность задачи этой главы резюмируется в том, что в одном отношении — эта глава отсылает к источнику, но делается это так, что в другом отношении она представляет источник.

Вопросы, которые имеются в виду при выборе источника и способов его подачи, вытекают из того, как определена задача книги. И первый из них — что привнесли акты письменной записи в сигнификативную ситуацию Талмуда?

В этой главе, обозначив различные подходы к пониманию функций текста сугии, мы дважды проэкспонируем текст сугии «Арбаа авот незекин» («Четыре отца ущербов»). Один раз в ритмической экспозиции текста — средствами перевода, а другой раз — технической экспозицией, детализирующей функции текста, связанные с движением читателя и изменением смысла. На основании двух этих экспозиций, как мы увидим, восстанавливается/описывается специфический способ «генерализации», который не совпадает с родо-видовой схемой и со схемой логического «расширения».

Под функциями текста в вавилонской гемаре имеются в виду устройство текста, техники и приемы обращения с формулами закона, применяемые в своде комментариев И—V веков христианской эры к установлениям учителей «устного закона» — «Мишны», называемых «таннаями»; этот закон считается в традиции второй, но равной по значимости составляющей Синайского откровения. В контексте данной работы наиболее значимо именно то, как комментарий в гемаре определяет свое место относительно комментируемых текстов Мишны и Торы.

Любая формула тайная считается обладающей авторитетом откровения и содержательно, и (большей частью) с точки зрения ее языковой формы, но при этом дискуссия может ставить под вопрос и опровергать кажущуюся прозрачность формулы, выстраивая в ходе полемики ту или иную систему вхождения в понимание ее текста.

Рассуждение гемары строится не по логике содержательного анализа формулы Мишны или ее части, а по методу анализа ее через вопрошание о том, как Мишна воспринималась бы, если бы данная формула или часть ее не приводились бы вовсе или были бы приведены в другом виде. Такого типа анализ — скорее риторический, чем логический, так как для него важно не столько само содержание речи, сколько ее фигуративное оформление.

Проследим основные черты традиционного подхода к определению функции и устройства текста вавилонской гемары на примере главы «О путях гемары в различных разъяснениях, которые встречаются в ее различных разделах и речениях ее по обсуждению верований» из учебника Талмуда Хезкии Давида Абулафии «Основа мира» 7. Абулафия говорит:

[Г]емара — это разъяснение Мишны, она дошла до нас на арамейском языке, ведь тогда говорили на этом самом языке, и по двум причинам. Во-первых, потому что он близок к священному языку8, а то язык точный и красивый.

Во-вторых, ради тех, кто не столь хорошо понимал священный язык. Нам же, полузнайкам в арамейском нужны толкования чтобы объяснить разъяснения гемары, и поэтому нам нужна в помощь настоящая глава ради нужды нашей и спасения нашего 9.

Абулафия анализирует основы устройства текста гемары, имея в виду читателя, для которого ее язык не родной и который живет в реалиях иных, чем реалии жизни еврейских общин в Палестине и Вавилонии периода записи речений Талмуда. Адрес его книги обосновывает наш выбор взять именно этот текст для разбора основных положений традиции об устройстве и функции текста гемары. Нам важны не только сообщаемые Абулафией технические, или, если хотите, риторические детали тех или иных выражений гемары, но и сам характер описания Абулафии, сама функциональная ориентация деталей, на которую указывает его текст.

Абулафия сосредоточивает внимание на основных терминах (фигурах) дискуссии в гемаре, таких, как _____ 10, ___, _____,_____. Все они, говорит Абулафия,— «выражения затруднения», выдвигаемые одним участником в ад-, рее другого, однако между ними он указывает разделение:

Выражение ______ [«ответ, возражение»] применяется, если тот, кто приводит затруднение, делает это в адрес аморая, опираясь на силу мишны или барайт, [...] так как у аморая нет силы спорить с таннаем и поэтому он ему внимает. А выражение ____ [«поднял его»] применяется, если тот, кто указывает на затруднение, делает это, насылая тайные ба-райты одну на другую, или также, если формулы из стихов
Торы «подняли», читая их вместе. А выражение, [«нападение»] применяется если тот, кто приводит аргумент, делает это силой рассуждения или пилпула 14 и таким путем ломает подход [оппонента] и размывает его; если аморай излагает дело в виде затруднения или «в мешке» 15 (что значит «решение вопроса неизвестно», как неизвестно, что лежит в мешке), суть аргументации его относится только к данному делу, а не к другому делу, несмотря на то, что выглядит похожим на него, так как не слушаются два эти дела равно. Однако выражение «в мешке» употребляется здесь, только если не нашли решения по изложенному делу, и тогда полагают его «мешком», так сказать: до сих пор не нашли решения, которое, возможно, найдется в будущем.

Везде, где есть выражения и ____ [«вот учили»], и ____ [«вот законоучение»],— это затруднения, и нередко это против ломающих <аргумент>, а иногда в помощь, и тогда читают ее спокойно. И оказывается, что это тебе помощь из Мишны или из барайт.

А выражение ____ [«было нам <сказано>»] используется при указании на обсуждения (споры), которые имеются в словах Мишны 16.

Далее Абулафия переходит к описанию других, более частных фигур речи участников дискуссии в гемаре:
Всякое выражение _____________ [«если придешь к мнению»], которое встречается в гемаре, предназначено чтобы открывать то основание, на котором строит свое затруднение тот, кто приводит его. И ____ хочет сказать, что состояние знания того, кто приводит затруднение, сначала было таким-то, а по общему соглашению этот вопрос не таков.

Всякое выражение __ _____ и ____ [«объяснение нам» и «объяснили это»] употребляется, если нам думалось, что дело обстоит так-то, а оно — так, как выходит из объяснения.

 


Вам понравился этот материал?
Участвуйте в развитии проекта Хасидус.ру!

Запись опубликована в рубрике: .