К празднику Швуэс

Третий месяц

Тора была дарована евреям в месяц Сиван, третий месяц года. Поскольку это событие было частью Б-жественного замысла, между ним (событием) и датой его исполнения, между Торой и третьим месяцем года, должна существовать важная связь. Это разъясняется в Талмуде: «Да будет благословен Всевышний, даровавший Тору, состоящую из трех частей, трехсоставному народу через сына, рожденного третьим в третий день третьего месяца». Число «три» проходит как лейтмотив. Три части Торы: Пятикнижие, Пророки и Писания (собственно Тора, Невиим и Ксувим). Три колена сынов Израиля: Коаним, Левиим и Исраэлим. Моше – третий в семье после Мириам и Аарона. Тора дарована в третий день, как уже было сказано, третьего месяца года.

Почему же «три»? Несомненно, Тора уникальна и призвана провозгласить, что Б-r Един. Числа «один» – вот чего можно было бы ожидать!

Разовьем эту мысль. Главное событие третьего месяца заключалось в даровании Б-гом Торы сынам Израиля. Нравственные предписания как таковые не были чем-то абсолютно оригинальным. Существовали заповеди и раньше: семь заветов Б-га Ноаху, обрезание и др. Синай, безусловно, изменил характер мицвы, но идея последней не была новой. Тора, однако, представляла собой нечто новое. Через мицву человек становится ничем перед лицом воли Б-жьей, как «колесница перед возницей», через Тору же мы становимся едины с Б-гом. Колесница не имеет другой воли , кроме воли возницы, но колесница и возница– не единое целое. Новизна заповедей, данных на горе Синай, была радикальной – теперь еврей мог стать единым с Б-гом. В таком случае мы возвращаемся к вопросу: почему символом этой новизны является число «три», а не «один»?

Два рода единства

Тора была дарована евреям с тем, чтобы обеспечить их единство. Но что такое истинное единство? Когда человек признает Единого во многих лицах, он осознает единство мира в многообразии. Если ему известен лишь один вид существования, трудно предвидеть, как он будет реагировать, обнаружив другой вид существования. Может быть, тогда он скажет: есть две реальности – Б-г и мир. И только когда он столкнется не с одной, а с разными формами существования и не перестанет утверждать, что Б-г это единственная реальность, можно будет говорить о том, что он видит подлинную единосущность Б-га.

Известна традиционная аналогия. Чтобы выяснить, насколько принц близок к своему отцу королю, следует вывести его из дворца и поставить рядом с простыми людьми. Если он поведет себя по-прежнему царственно, это будет означать, что он действительно сын своего отца.

Так же и с евреями: не в Святилище, а в многообразном мире определяется, насколько еврей предан Б-гу и понимает, что Он Един. Можно сохранить это чувство двумя путями: подавить в себе способность сознавать что-либо, кроме Б-га, либо, полностью сознавая все, что существует в мире, во всех столь разных созданиях обнаруживать Б-га. Эта последняя реакция более глубокая. Человек, который подавляет свои чувства и закрывает глаза на все мирское, полагает, что все окружающее – мирское, противопоставлено Б-гу и его следует чуждаться. Единство религиозной жизни такого человека нельзя назвать ни глубоким, ни прочным.

Три этапа

Как мы можем убедиться, существуют три фазы ощущения единства с Б-гом, соответствующие трем месяцам от Пейсах до Швуэс.

Нисан – месяц Исхода, когда Б-г открылся сынам Израиля. Евреи бежали из Египта в прямом и переносном смысле этого слова – бежали от знания мира, исполненные Откровением свыше. Их единство было обусловлено отчужденностью от внешнего мира, его отрицанием. Б-г был Един, потому что они знали только Его одного, закрыли свои глаза на все окружавшее их.

Ияр – второй месяц года, полностью занятый подсчетом Омера и приготовлением к предстоящим событиям на Синае. Мы мыслим себя и окружающий мир как нечто отдельное от Б-га, подлежащее подавлению. Подобно колеснице и вознице, Б-г и мир слиты вместе единой волей, но представляют собой две сущности.

Следующий за Ияром Сиван был тем месяцем, когда Б-г даровал евреям Тору, когда Он и мир стали едины. Это был момент осознания подлинного единства мира, когда две сущности превратились в третью, включающую обе, но идущую еще дальше.

Высокое и низкое

Выполняя ту или иную заповедь, мы как бы стираем собственное существование, хотя еще не ощущаем себя едиными с Б-гом. Окончательное единение приходит только через изучение Торы, когда мысль человека и воля Б-га сливаются воедино. Двое, сливаясь, превращаются в нечто третье, возникает полное единство.

Наши мудрецы говорят, что Синай был избран местом для Дарования Торы как самая низкая, «смиренная» из гор. Но если смирение было той добродетелью, которую искал Б-г, почему Тора не была дарована на равнине или в долине? Дело в том, что Синай представлял собой слияние двух противоположностей – высокого и низкого, Б-га и человека. В этом заключается значение Торы.

Три события

День Дарования Торы, в ознаменование которого мы празднуем Швуэс, это день Б-жьего Откровения на горе Синай. В тот же день, но много поколений спустя произошло еще одно событие – умер царь Давид. А сравнительно недавно к этим событиям добавилось третье–смерть Баал-Шем-Това, основоположника хасидизма. То, что эти три события приходятся на один и тот же день, не является простым совпадением. Такое совпадение указывает на внутреннюю связь между ними, это три вершины в непрерывном раскрытии Б-жественного Откровения.

Встреча неба и земли

Как сказано в Мидраше, с Дарованием Торы возникло новое состояние людей. Давид говорит: Хотя Всевышний постановил, что небеса – это престол Б-га, землю Он дал сынам человеческим... пожелав даровать Тору, Он аннулировал первоначальный закон и сказал: «Низший мир поднимется до высшего, а высший опустится вниз, и Я возьму инициативу на себя». В Торе сказано: «И Г-сподь сошел на гору Синай», а затем: «Он сказал Моше: «Поднимись к Б-гу»».

Знаменательно, что в Мидраше приводятся слова Б-га: «Я возьму инициативу на себя» и сошествие Б-га произошло до восхождения Моше на вершину горы, восхождение же низшего мира названо раньше сошествия высшего. Конечной целью Дарования Торы являлось возвышение низшего мира, а конечная цель осуществляется в последнюю очередь. Восхождение Моше произошло после того как Г-сподь сошел на гору, тем не менее оно имело более важное значение. Однако первый шаг Б-га был необходим, прежде чем человек смог возвыситься до встречи с Ним.

Сошествие Г-спода

Новым на Синае было сошествие Б-га в низший мир. Хотя Б-жественные Откровения имели место и ранее, особенно Откровения патриархам, это были явления в чисто духовной сфере, которые не принимали земного вида и не отража лись на живой ткани материального мира. Но когда Б-г сошел на гору Синай, результат не замедлил сказаться на всем мире. В тот момент «никакая птица не пепа, никакая птица не пролетала», и «голос, который исходил от Б-га, не имел эха, потому что поглощался самой тканью мира». Тора – слово Б-жье спустилось на землю.

Только после этого началась работа по очищению, освящению и духовному возвышению мира. Именно поклонение еврейского народа Б-гу превратило мир в «сосуд», который воспринял Б-га. Возможность этого достижения была создана на Синае, практическое же осуществление его началось позже.

Аналогично тому, как сошествие Б-га в мир началось с Авроома и достигло кульминационного момента в Моше, восхождение мира к Б-гу началось после Дарования Торы и достигло кульминации в Давиде и сыне его Шломо, который, построив Храм, поднял еврейский народ на новую ступень в его восхождении к Б-гу.

Восхождение человека

Появление Давида сопровождалось двумя но выми событиями.

Во-первых, Давид был первым царем, который правил всем Израилем (в отличие от Саула, не правившего коленом Иуды), и династия была поручена ему навечно.

Во-вторых, Храм, построенный Шломо, был задуман, спланирован, подготовлен Давидом и даже назван его именем.

И Царство и Храм – показатели подлинной природы свершений Давида: возвышения мира и восхождения человека в высший мир.

Очевидно различие между принятием Торы у подножия горы Синай и повиновением Б-гу, заложенным в идее монархии, начало которой положил Давид. Откровение на Синае было актом Б-га: «И Я возьму инициативу на себя». Оно не исходило из сердец людей и поэтому не затронуло всего их существования. Повиновение царю является источником его авторитета. Царствование Давида означало нечто новое: добровольное, внутреннее принятие подданными абсолютной власти Б-га над ними. Их повиновение царю обусловлено его абсолютным повиновением Б-гу, Царю Царей, который всеобъемлющ и вездесущ.

Баал-Шем-Тов

Эти два движения – Б-га, сходящего к человеку, и человека, стремящегося к Б-гу, – в конечном счете сольются воедино после прихода Мошиаха, когда воцарится единство. Фактически же это единство стало возможным с момента Дарования Торы, которым было отменено «постановление» о разделении неба и земли.

Великим импульсом к установлению такого единения и к приходу эры Мошиаха стало учение Баал-Шем-Това. Он и вдохновленная им философия хасидизма научили нас видеть мир залитым светом Всевышнего и понимать, что все держится на слове Б-жьем. Баал-Шем-Тов научил нас видеть Б-га в мире, и это возвышение мира он раскрыл нам через Тору, которая представляется Откровением свыше.

Точно так же эра Мошиаха наступит благодаря распространению учения Баал-Шем-Това, и Мошиах будет одухотворен Торой, как его предок Давид.


Вам понравился этот материал?
Участвуйте в развитии проекта Хасидус.ру!

Запись опубликована в рубрике: .