Еврейский год

Существующая дихотомия разделяет нас, простираясь на наши важнейшие врожденные способности и устремления. Каждый человек полагает, что руководствуется рядом нерушимых принципов, аксиоматических законов, которые управляют его жизнью. В то же время он будет утверждать, что в душе революционер, что старое должно уступать место новому и никогда не следует погружаться в пучину былых убеждений. Что жизнь никогда не бывает черной или белой, а представляет собой серую массу неопределенности и такой должна быть. Что плохая работа – это мать изобретения, а раскаяние порождает духовное возрождение.

Какие из этих способностей необходимо культивировать? Надо ли жертвовать традицией ради увлекательного неизвестного? Не лучше ли ориентироваться на проверенные временем ценности? Должны ли мы чтить прошлое или идеализировать будущее? Что предпочтительнее – держаться своих корней или лететь по ветру?

Время нашей жизни

Календарь – это больше, чем способ измерения, вычисления дней. Он показывает, как мы определяем и переживаем время. Если вы хотите постичь душу какого-либо народа, изучите его календарь. Не случайно первая мицва, предписанная еврейскому народу, руководила им еще до исхода из Египта. Смысл ее заключался в том, чтобы сделать нас нацией. Она установила формулу, по которой определяются циклы года.

На какие категории подразделяет еврей время? Отличительными признаками нашего календаря, как и многих других календарей, служат месяц и год. Но еврейский календарь уникален тем, что эти два временных цикла определяются в нем двумя совершенно разными факторами. Определяющими для месяца являются фазы луны, а для года – циклы времени, создаваемые солнцем.

Еврейский месяц начинается в ночь, когда впервые видна новая луна. Поскольку луна обращается вокруг земли немногим больше чем за 29,5 дня, следующее новолуние будет наблюдаться на 29 или 30 ночей позже. Оно и отмечает начало нового месяца. Таким образом, еврейский месяц начинается с новолунием, прибывает вместе с луной, идет на убыль и заканчивается вместе с ней. В следующем месяце лунный цикл повторяется. (На иврите слово «месяц» обозначается словом «ходеш», т.е. «повторение».)

Однако еврейский год должен сообразовываться с временами года. «Охраняй этот месяц весны, – предписывает Тора, –и принеси (в этот месяц) Б-гу пасхального агнца». Так, еврейский месяц Нисан, в 15-й день которого начинается праздник Пейсах, должен быть «месяцем весны». Это значит, что начало весны (т.е. весеннее равноденствие, точка, когда центр солнца пересекает экватор с юга на север – 21 марта по григорианскому календарю) всегда должно приходиться на какой-то день месяца Нисан.

Постоянство. Вера. Вьщер-жавшие испытания временем истины. Моральные принципы, которые придают жизни смысл, определяют ее цель. Изменения. Успехи и неудачи. Упадок и возрождение. Сомнения. Нововведения. Суетность.

Это легче сказать, чем осуществить. Годичный солнечный цикл составляет около 365,25 дня. Как можно этот временной промежуток разделить на месяцы по 29 или 30 дней? Двенадцать лунных месяцев дают в сумме около 354 дней (от 353 до 355). Это оставляет нам примерно 11 дней, недостающих до тропического года. Если бы еврейский год состоял из |12 таких месяцев, то на протяжении только 33 циклов смены времен года прошло бы 34 лунных «года». Месяц Нисан перемещался бы в обратном направлении через времена года и редко возвращался бы на отведенное ему место «месяца весны».

Как можно выполнить эти два требования? Должны ли мы рассматривать месяц и год в качестве двух особых временных циклов (как в случае 7-дневной недели и 29-30-дневного месяца), протекающих независимо друг от друга? Тора определенно предписывает противоположное – в том самом стихе, из которого мы установили, что еврейский год начинается с новолуния. В Исходе 12:2 Б-г говорит Моисею: «Этот месяц (Нисан) должен быть для вас главой всех месяцев... первым месяцем года». Почему такая многословная формулировка? Талмуд объясняет: это необходимо, чтобы подчеркнуть, что наши месяцы, созданные луной, являются также «месяцами года». Год должен состоять из лунных месяцев и только из них.

Иными словами, Тора учит нас рассматривать наши дни в пределах как лунного, так и солнечного цикла. Более того, она настаивает на включении этих двух совершенно разных циклов в единый календарь и одновременно на сохранении целостности каждого из них!

Союз между небесными телами, заключенный на земле

Каким же образом можно примирить асинхронные ритмы солнца и луны? Вероятно, с помощью календаря, который является самым сложным из всех когда-либо существовавших. Еврейский год соблюдает 19-годичный цикл общей длительностью 353, 354, 355, 383, 384 или 385 дей. Месяц всегда складывается из 29 или 30 дней. Но год состоит из 12 (годы 1-й, 2-й, 4-й, 5-й, 7-й, 9-й, 10-й, 12-й, 13-й, 15-й, 16-й и 18-й годичного цикла) или 13 (годы 3-й, 6-й, 8-й, 11-й, 14-й, 17-й и 19-и) месяцев. К 3-му году, когда 36 лунных месяцев отодвигают нас назад почти на 34 дня по сравнению с годичным циклом, мы добавляем 13-й месяц и тем самым обеспечиваем наступление Нисана не раньше весеннего равноденствия, сохраняем этот «месяц весны». Три года спустя, когда отставание достигнет примерно 38 дней, мы повторяем этот процесс. Следующие два года дают отставание примерно на 29 дней. Поэтому 13-й месяц 8-го года фактически переводит нас несколько вперед. И так далее. В конце каждого 19-годичного цикла мы всегда оказываемся на одном уровне с тропическим годом.

Таким образом, союз между солнцем и луной, несмотря на то, что на небесах они двигаются столь различными путями, заключается на земле – в составлении и использовании на практике нашего, еврейского календаря.

Вселенная в миниатюре

Почему же календарь должен быть настолько сложным? Если солнечное и лунное время в такой степени не склонны к совпадению, зачем проделывать такой длинный путь к их примирению? И если (по какой бы то ни было причине) важно, чтобы эти два цикла протекали согласованно, то почему они столь различны? Несомненно, Создатель мог бы настроить их часы на более совместимый ход.

Но именно в этом заключается сущность еврейского календаря: примирить дихотомию, интегрировать полярные противоположности.

Что более постоянно, чем огненный шар энергии, который ежедневно обогревает и освещает нашу планету? «Это так же верно, как и то, что завтра взойдет солнце», – слышим мы постоянно. В мире, где господствует неопределенность, есть, слава Б-гу, нечто, на что мы можем положиться.

Если солнце – это образец постоянства, то его ночной антипод представляет собой образец непрерывного изменения. Раз или два в месяц луна вовсе не показывается, а когда она появляется, обычно видна лишь часть ее. Нельзя не восхищаться этим настойчивым маленьким спутником. Какое разочарование приходится испытывать, когда ваш источник света заслоняется той самой планетой, которую вы пытаетесь осветить! Однако луна не сдается. Снова и снова она восстает из забвения. По ночам она прибывает и из тоненького серпика в новолуние в дальнейшем превращается в источник яркого света. И эта яркость все явственнее прославляет победу над ущербностью, достигнутую с таким огромным трудом. Но увы! Это совершенство луны оказывается быстротечным состоянием. Вскоре это совершенство, не справившись с возникающими перед ним препятствиями, исчезает вместе с фазами луны. Тем не менее луна всегда возрождается, ей удается возникнуть из ничего и подняться на вершину своего полного осветительного потенциала.

«Человек – это вселенная в миниатюре» Он также включает в себя как «солнечное», так и «лунное» начало, способность к твердой вере, увеличению и снижению созидательности. Несмотря на огромное различие между этими двумя небесными телами, еврей знает, что в конечном итоге здесь нет противоречия. Они не только вращаются в одной и той же вселенной, но и дополняют друг друга, соответствуют одно другому. Иногда лунный элемент остается далеко позади. Иногда он выходит за пределы деятельности солнечного элемента. Но оба всегда сходятся в когезионном целом.

Еврей осознает отсутствие противоречия между неизменной природой заповедей Б-га («Не добавляйте ничего к тому, что Я приказываю вам, и не убавляйте ничего от него») и тем фактом, что всеми своими мицвойс он создает личную связь с Творцом. Мы не изобретаем новых мицвойс и не отвергаем те из них, которые могут показаться «архаичными». Ибо мы знаем, что в них заключена Б-жья воля, благодаря чему они так же непреходящи, абсолютны, непостижимы, как и их Создатель.

Известно, что мицва – это мостик между Б-гом и человеком, акт, который создает связь между ее Б-жественным Вдохновителем и ее исполнителем. Таким образом в эту связь вносится наше смертное – ограниченное понимание ее значения, субъективный эмоциональный ответ на нее, наши пути обновления, способствующие повышению роли и украшению объекта мицвы, делающие более эффективными пути ее исполнения.

Еврей знает, что не существует противоречия между постоянным текстом молитвы и многообразием возможностей человека проникнуть в суть этого текста, прочувствовать ее при ежедневном общении с Вс-вышним. Во время молитвы мы произносим те самые слова, с которыми многие другие поколения на земле обращались и обращаются к Создателю. Этот неизменный текст, составленный нашими мудрецами на основе того способа, каким Сам Б-г разрешил человеку описывать Его, обращаться к Нему, и способствует тому, что наши молитвы являются связью с Ним, а не нашим причудливым воображением о Его существовании. В то же время молитва – это глубоко личный диалог человека с Б-гом. Так, молитвы включают посвященные нашим личным нуждам разделы, в которых мы можем воспользоваться собственными словами. А «душа» молитвы (медитация, предшествующая ей; эмоции, насыщающие ее; мелодия, возносящая ее на небеса) делает «статический» текст молитвы индивидуалистичной и вводящей новшества артикуляцией стремления нашей души остаться верной ее Создателю.

Еврей знает, что в конце концов не существует противоречия между Б-жественностью Торы и человеческими усилиями понять ее, применять и даже расширять. Тора – это сверхрациональная мудрость Б-га. Основной догмат еврейской религии заключается в том, что «Эта Тора никогда не должна быть изменена» и «Все, что верующий ученый откроет, уже было дано Моисею на Синае». При этом мы говорим, что «Тора не на Небесах'*, а доверена ограниченному, не являющемуся непобедимым суетному человеческому разуму, чтобы тот интерпретировал ее, применял, возвысил и упрочил своими «оригинальными» взглядами и открытиями. Ибо Вс-вышний желает, чтобы проявленная Им мудрость была результатом партнерства Б-жественного откровения с человеческим гением, чтобы смертный ум человека служил проводником Его слова Его миру.

Еврей не освящает обширную пропасть, которая отделяет веру от суетности и традицию от нововведений. Он знает, что дихотомия между солнцем и луной не может быть устранена за год, за два и даже за десять лет. Поспешное «решение» всегда является результатом того, что одна из сторон пошла на компромисс. Принципы, которые поддерживают, направляют нашу жизнь, и персональные усилия, а также триумфы, наполняющие ее, – это две различные, даже противоречивые области. Тем не менее, как показывает наш солнечный – лунный календарь, мы одновременно живем в этих двух мирах и в конце концов примиряем их.


Вам понравился этот материал?
Участвуйте в развитии проекта Хасидус.ру!

Запись опубликована в рубрике: .